О чем мечтал председатель?

— он хотел соединить культуру духа
с культурой труда

Он был легендой нижегородского крестьянства — Петр Михайлович Соколов (1930-1993). Посланец рабочего класса, «тридцатитысячник», он уехал в середине пятидесятых поднимать сельское хозяйство. Тридцать с лишним лет возглавлял колхоз имени Ленина Большемурашкинского района. Устал от председательской работы неимоверно, соколовской усталости и выдержки хватило бы не на одного человека. И за несколько лет до смерти перебрался снова в Нижний, так и не раскрыв всех секретов своей долгой служебной прямой линии и не столь прямой линии жизненной.Соколов 1 О Герое Социалистического Труда П.М. Соколове писали книги. Его колхоз и село Холязино были своего рода показательными. К его мнению прислушивались в министерствах и Нижегородском кремле. Славный был человек. Честный, скромный, немногословный.
Запомнил я его на всю жизнь с первой нашей встречи…. Когда я ему представился, он с ласковым таким прищуром и мягко так произнес своим бархатным голосом:

— А вы знаете, несчастный вы человек (слово несчастный у него было часто употребляемым, видимо, потому, что рано лишился родителей и в молодом совсем возрасте — жены), что я знавал вашего отца?
Для меня это было полной неожиданностью, а тут еще Петр Михайлович рассказал такое, что встретишь разве в романах.
Рассказывал он, раскуривая твердо набитую сигарету, о далеком военном годе, когда с ним приключилась история оборонного значения. Пацаном-беспризорником бродил он по улицам Калининского поселка, ежился от холода, не зная, где и как согреться. Смекалка привела его к свалке, куда пушечный завод имени Сталина (теперь машиностроительный) вываливал шлак-металлургические отходы. После того как из вагонов высыпалась эта смесь, их стенки и дно долго еще оставались теплыми, словно деревенская печка. В один из вагонов и забрался наш герой. Где и задремал.
Состав подали на территорию завода, охраняемую вахтерами и даже овчарками. Там пацана обнаружили охранники и доставили к дежурному диспетчеру. А дежурил, оказывается, мой отец. Словом, с парнем надо было что-то делать, и его определили как приемного сына завода в ремесленное училище. И по окончании РУ Соколов, конечно же, пришел на ставший ему «крестным» завод.

И только в 25 лет по собственной воле, будучи уже заместителем начальника цеха, поехал поднимать землю-кормилицу, о чем никогда не жалел.
Холязино 1Этот рабоче-крестьянский человек удивлял меня постоянно. И тем, что сумел окончить Сормовскую музыкальную школу и заочно сельхозинститут, и тем, что стал членом Союза журналистов СССР, что в его библиотеке насчитывалось свыше трех тысяч книг, в том числе с автографами маршала Жукова, актера Ульянова, литовского поэта Межелайтиса, что собирал одна к одной редкие монеты. А уж орденов и медалей заслужил — на пятерых орденоносцев хватит. Нерядовой был человек. Далеко не рядовой.
После его кончины прошло девять лет. Соколова помнят, чтут в Холязине все эти годы. Создали даже музей любимого председателя. Постоянно колхозники наезжают в Нижний на могилу Соколова, что на Бугровском кладбище. Особенно сменивший Петра Михайловича новый председатель Александр Николаевич Клементьев. Привезет вдове Майе Сергеевне сельских даров, посидят часок, вспомнят добрым словом знатного холязинского председателя.
О чем мечтал председатель? Построить новое Холязино. И он построил село на загляденье.

В августе 1999 года, когда отмечалось 70-летие района, хорошо написал о Петре Михайловиче в «Нижегородской правде» Саша Шубин, давний мой приятель, журналист с эдакой крестьянской жилкой: «Не будь этого неистового (вот параллель с Аввакумом) Соколова — не быть бы такому уникальному хозяйству. Правда, и себя сжег: протопоп — в натуре, этот — в работе».
Еще Петр Михайлович гордился, что в колхозе имени Ленина интернациональный коллектив: там работали чуваши, украинцы, татары, туркмены, белорусы, мордва, марийцы, латыши. Сейчас, в постсоветском пространстве, даже не верится, что такое может быть. Было! Как было и другое: он делал колхоз большой семьей, сплоченной духовной общностью.
Именно в Холязине в соколовские годы правления был открыт первый в области филиал нашей филармонии. По абонементам колхозники посещали симфонические, камерные, литературные и эстрадные концерты. Приезжали в село из Москвы известные коллективы и исполнители. Например, государственный ансамбль народного танца «Алан» из Северной Осетии, главные режиссеры московских театров, писатели, художники. А солист театра оперы и балета имени Пушкина народный артист России Александр Правилов за шефство над участниками художественной самодеятельности был удостоен звания «Почетный колхозник». Вот вам единение культуры и села. Как этого не хватает в наше время!

Когда Соколова слушали как-то на коллегии Министерства культуры СССР, он метко обронил умную фразу: «Культуру духа нельзя отделить от культуры труда». Среди холязинцев при нем было более ста человек с высшим образованием, а всего в хозяйстве было 1600 тружеников. Они сумели создать и воплотить такие хозяйственные проекты, каким завидовали приезжавшие сюда специалисты из других мест. Гостей интересовало многое: планировка села, ферма-«карусель», музей, Дом культуры, спортивный комплекс, картинная галерея. И, естественно, сам председатель с его постоянным поиском новизны.

Холязинская школа

Холязинская школа

Увы, нашел он в Холязине и коварную болезнь, которая подтачивала его и без того некрепкое здоровье и, скорее всего, подтолкнула их с Майей Сергеевной уехать из села. Может, рассчитывал, что в случае ухудшения состояния здоровья врачи Нижнего Новгорода сумеют загасить «болячку». Кто знает? Не всё и не всем он рассказывал. Но однажды поделился со мной пренеприятным воспоминанием о себе.
Что удалось выяснить? Загорелся в колхозе склад минеральных удобрений. Они скорее издавали ядовитый пар, чем горели. Петр Михайлович (а дело было зимой) бросился одним из первых к шипучей заразе, надышался этой гадости да еще на морозном воздухе. Долго потом отходил, часто кашлял и, как следствие, получил неизлечимое легочное заболевание. Так и угас медленно и тихо… До роковой, последней секунды, превозмогая боль и хрипы в груди, пытался держаться на ногах. Не верил, что это конец.

Между прочим, незадолго до смерти вместе с Майей Сергеевной он приезжал к нам домой. Был воскресный день, никого не подгоняли дела-заботы. Мы долго сидели за столом, потом решили выйти на прогулку. Он ведь приехал туда, где жил в сороковые — пятидесятые годы. В свой Сталинский, теперь — Московский район. Пошли на улицу Страж революции, постояли около дома, где была его квартира. Хотел зайти туда, посмотреть, кто там живет. Что-то его остановило…
Медленно добрались до площади Героев. Кто знает,на площади возвышается стела,на которой в металле запечатлены имена Героев Советского Союза и Героев Социалистического Труда. Фамилии много: Елян, Африкантов, Никонов, Максименко, Бревнов, Грачев, Миненко. Директора предприятий, летчики-испытатели, рабочих… Нет только замечательного председателя Петра Михайловича Соколова. Не представляю, чья это ошибка. Кто мог его забыть? Не спрашивал у самого Соколова, что он подумал по этому поводу. Просто оплошность эту надо было исправлять. Не ради одной справедливости, ради истории тоже.IMG_7224

Представьте, резонанс был моментальный. Как только одна из газет напечатала мой рассказ о Петре Михайловиче, администрация Московского района решила занести имя Соколова на стелу, а на доме, где он жил в 50-е годы, была установлена мемориальная доска. 
Будем всегда помнить таких, как он.

Эвальд Кессарийский, 2002 г.

По книге: Кессарийский Э.П. Журналистское беспокойство. Н. Новгород: Деком, 2002.

См. также: Герои Труда – нижегородцы. Н.Новгород, 2001.
http://www.warheroes.ru/hero/hero.asp?Hero_id=14918
http://gazetaznamya.ru/nashi-zemlyaki/poslanets-rabochego-klassa-25-01-2013.html
http://www.smi.cek.ru/nizhegorodskaya-pravda-nizhny-novgorod/63375-Korrespondent-gazeti—geroi-Soctryda.html
http://niznov-nekropol.ucoz.ru/index/sokolov_p_m/0-800