Трагедия на целине

На основе рассказа А.А. Нелюбина «Далеко от Нижегородской земли»

 

9 сентября 2013 года исполнится 57 лет со дня трагической гибели одиннадцати горьковчан-целинников в далекой степной деревне Адаевке (колхоз им. Буденного) Кустанайской области.
Все застойные годы это держалось в секрете, и только в нынешнее время стало возможным описать это событие в таком виде, в каком сохранила его память.
1954-55 годы явились началом освоения целины. Миллионы гектаров веками нетронутой земли было поднято и засеяно. Весной 1956 года виды на урожай проявились самые обнадеживающие. Пшеница поднималась стеной. Подлежало убирать невиданный урожай. По стране прокатился призыв: «Комсомольцы! Молодежь! На целину!»

Поднимай целинуЖелающих поехать на уборку урожая было с избытком, и комиссии отбирали самых достойных. В конце июля был сформирован первый эшелон, а 28 числа 2000 молодых горьковчан (в том числе и я — А.А. Нелюбин) в товарных вагонах направились в Кустанайскую область. Проводы были организованы со Сталинского вокзала (был такой вокзал в то время). Духовой оркестр, торжественные напутственные речи с трибуны, поцелуи, объятия и обещания писать. Душевный подъем царил в каждом отъезжающем и провожающем. Тут же, на вокзале, сочинилась песня на мелодию «Сормовской лирической».

Прощай, город Горький и ясные зорьки.
Спешим в Кустанай убирать урожай.
Там много нам дела, пшеница созрела.
Работай, трудись, не ленись, не зевай.
В вагон погрузились, с друзьями простились.
В бачки понабрали горячей воды.
А вече прелестен, маршрут нам известен.
Конечные станции: Горький — Бреды.

Целина 2

Ехал через Киров, Пермь, Челябинск. Местами стояли подолгу, пережидая встречные поезда. На седьмой день прибыли на станцию Бреды, недалеко от большой станции Тобол. Там нас уже поджидали местные командиры сельскохозяйственного производства, директора и председатели с автотранспортом.
Быстро разбились на отряды по сто человек и отправились в места назначения. Наша группа в количестве 83 человек с авиационного и Сормовского заводов была определена в колхоз имени Буденного, имевшего посевной площади только пшеницы более 20 тысяч га. По прибытии туда разместились сначала в школе, а потом разъехались по бригадам. До созревания хлебов занимались подготовкой зерновых токов и складов. Участвовали в сенокосе и уборке овощей. Но вот хлеб созрел. 10 августа состоялись первые выборочные заезды комбайнов, а к этому времени с Кубани и Ставрополья прибыло 28 агрегатов.
С-6 «сталинец» с широкозахватной жаткой, буксируемый гусеничным трактором, представлял из себя настоящий степной корабль с командой до 12 человек. И вот плывет эдакая громадина по пшеничному полю, шум, грохот, пыль до неба, машины то и дело подкатываются одна за другой, а зерно льется и льется нескончаемым потоком. Романтика. Поэзия. А вечером на полевом стане ужин, песни, танцы под гармонь и, конечно, любовные встречи. Молодость не знает усталости. И не случайно у многих это время стало поворотной гранью в их жизни.
Наступил сентябрь. Уборка приближалась к завершению. В первой декаде ночи cтали заметно холоднее. На полевом стане второй бригады парни разместились в большой палатке, а девчат определили в полевой вагончик, где была установлена небольшая чугунная печка-буржуйка, возле которой можно было погреться и посушиться.

В ночь на 9 сентября после трудного сырого дня особенно хотелось тепла. Александр Иванович Шишкин, художник из сборочного цеха, ночью проснулся в палатке от холода и заглянул к девчатам в вагончик. А они съежились во сне, видно, тоже озябли, и он решил немного протопить буржуйку. Дров, конечно, никаких не было, топили соляркой.
Володю Васильева, который тоже спал в палатке, он послал за соляркой к стоянке тракторов. А тот, не обратив внимания на бочки, да и темно еще, налил ведро бензина и принес в вагончик. Александр Иванович зажег в печке солому, консервной банкой зачерпнул бензин и хотел вылить в печку через верхнюю конфорку, но не успел. Банка вспыхнула и выпала из рук. Бензин разлился по полу. Кто-то проснулся и закричал: «Пожар! Горим!»

С верхних нар спрыгнули сразу двое парней и ногами опрокинули ведро с бензином. Взрыв. В одно мгновение все оказалось в пламени. Володю взрывом вышибло в дверь на улицу. Александр Иванович оказался около окна. Разбил его и весь обгоревший вывалился наружу. Двое ребят, спавших около второго окна, проснулись и, почувствовав смертельную опасность, обернулись одеялами, вышибли окно и тоже оказались на воле..Спаслись. Остальные не
могли найти выход из бушующего пламени и погибли. Одиннадцать человек. Трое парней и восемь девчат. Утро 9 сентября стояло хмурое и прохладное. Ветер разнес по степи гарь … По тревоге было поднято все местное и районное начальство. Приехала милиция, военные и гражданские санитары. Начали разбирать пепелище. По останкам, разложенным на брезенте, невозможно было определить их принадлежность. 

целинницаИ только еле приметные признаки позволили определить имена. Руфа Желтенкова была самая высокая ростом. Маша Смирнова — самая маленькая. У Вали Кульпяковой светлый зуб. У Маши Головановой под мышкой уцелел кусочек ткани платья. Так же определили и других.
Невероятно трудным делом оказалось дать телеграмму в Горький. Районная почта и телеграф категорически отказали. Не разрешено. Такой же ответ получили и на областном почтамте в Кустанае. И только военный комендант согласился дать шифрованную телеграмму своему коллеге в Горький. На третий день на заводском самолете прилетели родные погибших и заводское начальство, но тела уже были захоронены. Целый день на одиннадцати могильных холмиках проливались слезы родных и близких. Вечером был организован поминальный обед и прощание.
Самолет прилетал еще раз, привозил монумент из нержавеющей стали с именами погибших. Местные школьники взяли шефство над необычной могилой и каждый год оправляют холмики.
На этом повествование можно было бы и закончить, но не позволяет осадок обиды на сердце. Почему? Кто виноват в этом немыслимом трагическом случае? Местные власти обвинили самих комсомольцев. Даже суд учинили над Володей. Присудили три года. Но, видно, совесть заговорила, через короткое время оправдали. Александр Иванович, сильно обгоревший, долго лечился в госпитале и глубоко переживал случившееся. И сильный инфаркт. который в результате последовал, он перенести не смог.
А о том, что на время уборки приезжим не были созданы элементарные бытовые условия, совершенно отсутствовала техника безопасности, не ограничен был доступ к горючему, местное начальство умолчало. Видно, своя рубашка ближе к телу. Зато оно поторопилось отправить все команды с глаз долой. И уже 15 сентября был подан состав, на этот раз из пассажирских вагонов. И снова все собрались на перроне станции Бреды. Молодость быстро забывает невзгоды. Опять шутки, смех, песни.

Медаль "За освоение целинных и залежных земель"

Медаль «За освоение целинных и залежных земель»

Мы снова в вагоне, и на перроне
Жмут руки друзья из колхоза теперь.
Прекрасный наш Горький и ясные зорьки,
Привет вам горячий с целинных степей.

В Горьком на Московском вокзале нас ожидала теплая встреча с комсомольским областным и районным начальством, с родными и друзьями. Гремела музыка и было море цветов.

Минуло много лет. Многое забылось и притупилась боль. И только обелиск на улице Чаадаева, установленный в 1986 г. перед молодежным общежитием, напоминает прохожим о том неспокойном времени. Не забывают наших земляков и в деревне Адаевка, где проводятся линейки памяти целинникам и создан школьный музей.

Литература:

Нелюбин, А.А. Летная книжка. Н. Новгород, 2002.
Головко, Н. Адаевская трагедия / Н. Головко Учительская плюс. 2012. №33